«Первая» — авторское прочтение одного из самых узнаваемых сюжетов в культуре: сцены искушения Евы. Ника сознательно отказалась от буквального изображения, вместо этого собрав образ через символы и формы. Центральная фигура — Ева. Обвивающий её змей — не просто змей, а живая аллегория выбора и вины. Он также является плодом — яблоком; это прямая отсылка к библейскому сюжету, встроенная в композицию. Композиция обращается не к религиозному нарративу буквально, а к его глубинному психологическому слою — моменту искушения, разделению на «до» и «после», осознанию себя и своего тела, границе между невинностью и знанием. Бунтарство Евы — не грех, а акт воли, пробуждения, даже внутренней революции. Ева представлена не как падшая, а как пробуждённая. Фигура воплощает не слабость, а выбор: осознанный, внутренне необходимый, бунт против заданного порядка.
